В этом очень особом и скорбном богослужении, которое бывает только раз в году Церковь раскрывает пред верующими полную картину страданий Господних, начиная от кровавого пота в Гефсиманском саду и до Голгофского распятия. Перенося нас мысленно через минувшие века, Церковь как бы подводит нас к самому подножию креста Христова и делает нас трепетными зрителями всех мучений Спасителя.
Потом они Его убивали медленной смертью и Он без одного слова упрека отдался на муку. Единственные слова, обращенные Им к Отцу о мучителях, были: «Отче, прости им — ибо не ведают, что творят».
Как бы от лица Господа певчие обращается к древним иудеям:«Люди Мои, что сделал Я вам или чем обидел вас? Слепцам вашим открыл зрение, прокаженных очистил, человека на одре восставил. Люди мои, что Я сотворил вам и что вы Мне воздали: за манну — желчь, за воду (в пустыне) — уксус, вместо любви ко Мне ко кресту пригвоздили Меня; не буду терпеть вас более, призову Мои народы, и они Меня прославят со Отцом и Духом, и Я дарую им жизнь вечную.»
Люди в храме стоят с заженными свечами, но где они и кто они? Мы обычно избегаем ответа на этот вопрос, возлагая вину и ответственность на кого-то другого: вот если бы я был в ту ночь… Но увы! Где-то в глубине совести мы знаем, что это не так. Нескольким штрихами Евангелие рисует нам Пилата — его испуг, его чиновничью совесть, его трусливый отказ поступить по совести. Но разве не совершается то же самое и в нашей, и в окружающей нас жизни? Разве не присутствует Пилат в каждом из нас, когда приходит час сказать решительное нет неправде, злу, ненависти, несправедливости? Кто мы?